В России меньше 600 банков, почему не появляются новые?

По последним данным Банка России, в стране осталось не больше 600 действующих кредитных организаций, хотя еще не так давно было по меньшей мере в два раза больше. Понятно, что в последние годы резкое сокращение произошло из-за действий регулятора по оздоровлению финансового рынка, которое вылилось в отзыв сотен лицензий банков. Но почему не появляются новые? «Российская газета» спросила экспертов.

 

Сразу стоит пояснить, что в статистику ЦБ входят не только классические банки, но и так называемые небанковские кредитные организации. Практическое отличие одних от других заключается в круге выполняемых операций. Если банк имеет право производить все банковские операции, включая привлечение денег во вклады и открытие счетов граждан и компаний, то небанковская кредитная организация может совершать лишь некоторые из них. К примеру, осуществлять инкассацию денег, векселей, платежных и расчетных документов или заниматься обслуживанием юридических лиц на межбанковском, валютном рынках и рынке ценных бумаг.

 

Впрочем, основной костяк кредитных организаций представлен все-таки именно банками. А этот сектор подвергся основательной чистке, особенно в последние пару лет, когда ЦБ отозвал почти 200 лицензий.

 

Максимальное количество действующих кредитных организаций в России было в конце 1994 года — почти две с половиной тысячи. Затем их число стало стремительно сокращаться. Особенно тяжело банкирам пришлось в кризис 1998 года. После него на рынке осталось около 1300 кредитных организаций.

 

В 2013 году банк России объявил о начале оздоровления финансовой системы, которое вылилось в уход с рынка страховых компаний, микрофинансовых организаций, кредитно-потребительских кооперативов и, в первую очередь, банков.

 

Для этого есть причины, говорят эксперты.

 

Во-первых, банковский бизнес с каждым годом становится все более сложным с точки зрения регулирования и надзора. Ужесточение требований к кредитным организациям со стороны Банка России накладывает на них определенные обязательства, выполнение которых требует временных и трудовых, а значит, материальных затрат, которые по силам только крупным игрокам, отмечает Ирина Носова, заместитель директора Группы банковских рейтингов Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА).

 

Во-вторых, рентабельность банковского бизнеса в последние годы была достаточно низкой относительно таких отраслей, как, например, торговля, добыча полезных ископаемых, транспорт и связь. Поэтому инвесторы предпочитают делать долгосрочные вложения в более финансово привлекательный бизнес. Кроме того, активный отзыв лицензий, как показатель качества банковского сектора, негативно отражается на желании инвесторов вкладывать средства в банковский бизнес, отмечает Носова.

 

В-третьих, даже если появилось желание или необходимость войти в этот бизнес, гораздо проще его купить, чем открывать банк с нуля. Однако и здесь возникает проблема: качественных объектов для приобретения в российском банковском секторе очень мало, их собственники не желают их продавать.

 

Ожидать, что в российском банковском секторе сейчас с нуля будет формировать какой-то бизнес действительно не приходится, согласен Константин Корищенко, заведующий кафедрой фондовых рынков и финансового инжиниринга факультета финансов и банковского дела РАНХиГС. Если же говорить об иностранцах, которые могли бы прийти в Россию, то за 1990-е годы все, кто активно работал на глобальных рынках, это уже сделали.

 

«Режим санкций тоже не способствует международной банковской активности. Так что предпосылок для расширения банковского бизнеса в нашей стране сейчас практически нет», — констатирует Корищенко.

 

Аналитик BCS Global Markets Ольга Найденова приводит еще один аргумент: даже в условиях небольшого роста экономики спрос на кредиты остается слабым. Это также не способствует расширению количества игроков на банковском рынке.

 

Впрочем, есть и хорошие новости. По прогнозам, банки в этом году заработают около 1,2 триллиона рублей. Таким образом, доходность этого сектора выйдет на докризисный уровень. Это может стать хорошим стимулом для выхода на рынок новых игроков.

 

 

Оздоровление банковского сектора, по заявлениям регулятора, продлится еще как минимум два-три года. Это значит, что игроков на этом рынке станет еще меньше. Не скажется ли это на доступности банковских услуг для населения? Эксперты расходятся во мнении.

 

«Раньше количество банков действительно всегда связывалось с доступностью банковского сервиса, а она в свою очередь с наличием или отсутствием определенной офисной инфраструктуры. Но в нынешних обстоятельствах, когда банковский бизнес, как и многие другие, уходит в Сеть, наличие офиса — все менее и менее значимый фактор, — рассуждает Константин Корищенко. Так что целевое количество банков сейчас может определяться лишь необходимостью поддерживать определенный уровень конкуренции, поясняет он.

 

Если даже в стране останется 50 банков, но они будут жестко между собой конкурировать, этого будет достаточно, полагает собеседник «РГ». Другое дело — кому принадлежат крупнейшие банки: одному лицу, то есть государству или разным. Этот вопрос, по словам Корищенко, имеет принципиальное значение.

 

Доцент кафедры банковского дела РЭУ им. Плеханова Лазарь Бадалов в свою очередь замечает, что когда банки предлагают пользоваться дистанционными каналами обслуживания, они преподносят это как некое удобство. «Спорить с этим сложно, но у клиентов должен оставаться выбор между онлайн сервисами и традиционным форматом обслуживания, когда человек приходит в офис, — уверен эксперт. — Однако, тенденция такова, что крупные продвинутые банки, вводя дистанционные каналы обслуживания, сокращают количество офисов».

 

Вкупе с планами регулятора продолжить оздоровление банковского сектора это может негативно отразиться на доступности банковских услуг для некоторых граждан, особенно тех, которые живут в отдаленных регионах, резюмирует Бадалов.

Поделиться: